БРИК: Па, ты что – то разговорился на ночь.

БОЛЬШОЙ ПА (игнорируя его реплику): Да. Вот так. Человек – животное, которому суждено уйти на тот свет. Но мысль о том, что сам он умрет, не пробуждает в нем жалости к другим. Нет… Ты что – то сказал?

БРИК: Протяни мне костыль, чтобы я мог встать.

БОЛЬШОЙ ПА: Куда ты собираешься?

БРИК: Хочу совершить маленькое путешествие к источнику «Эхо».

БОЛЬШОЙ ПА: Это куда?

БРИК: К бару.

БОЛЬШОЙ ПА: Да, малыш. (Протягивает ему костыль.) Человек – это зверь, который подыхает. Но если у этого зверя появляются деньги, он начинает покупать, покупать, покупать. Я думаю, единственная причина того, что он покупает все подряд – это безумная надежда купить себе вечную жизнь… Увы, это невозможно… Человек – это зверь…

БРИК (у бара): Па, ты сегодня в ударе.

Пауза. Слышны голоса.

БОЛЬШОЙ ПА: Последнее время я больше молчал. Не говорил ни слова. Сидел, уставившись в одну точку. Во мне все словно застыло. Но сегодня я вздохнул свободно. Вот я и говорю без конца. И небо совсем сегодня другое…

БРИК: Ты знаешь, что я люблю слушать больше всего на свете?

БОЛЬШОЙ ПА: Что?

БРИК: Тишину.

БОЛЬШОЙ ПА: Почему?

БРИК: В ней столько покоя.

БОЛЬШОЙ ПА: Эх, дорогой! Ты еще наслушаешься ее в могиле. (Похохатывает.)

БРИК: Что ты еще хочешь мне сказать?

БОЛЬШОЙ ПА: Почему ты хочешь, чтобы я заткнулся?

БРИК: Я часто слышал от тебя: «Брик, я хочу поговорить с тобой». Мы начинаем говорить, но серьезного разговора не получается. Ты сидишь в кресле и болтаешь о том о сем, я делаю вид, что слушаю. Пытаюсь делать вид, что слушаю, но не слышу. Людям всегда трудно друг с другом. Во всяком случае, нам с тобой. Может быть, потому, что нечего сказать…

БОЛЬШОЙ ПА: Подожди минутку, Я хочу закрыть дверь. (Закрывает двери на галерею, будто собирается сообщить ему важный секрет.) Знаешь, я думал, что у меня рак, и носил в себе свою тайну, не визжал, как свинья, хоть у нее есть одно преимущество.