Утром четвертого дня я еще нетерпеливее всматривался вдаль, чувствуя, как вместе с голодом нарастает и раздражение. Шерпы ведь знают, что мне нечего есть, – чего же они прохлаждаются в Каигоне? Тоже, называется, товарищи!..

Я замерз и стал неуклюже подпрыгивать, пытаясь согреться. В этот самый миг и показался Пазанг. Он шел широким шагом, с внушительной ношей на спине. «Должно быть, несет куртку и спальный мешок», – решил я. Пазанг явно спешил. Увидев меня, он просиял:

– Остальные сейчас придут. Я принес еду! – И с этими словами он вытащил из рюкзака жареную курицу.

Никто не мог сравниться с Аджибой в приготовлении жареных кур! Я принялся пожирать ее, а Пазанг рассказывал:

– Мы не могли вернуться сразу. Целый день ушел на покупки. Мы несем шесть килограммов меда, муку, цамбу, на две недели конопли, двух кур и живую овцу.

Ничего не скажешь, постарались на совесть!

В довершение Пазанг сообщил, что захватил с собой Аджибу, а кассу сдал на хранение старосте.

Четверо носильщиков, столько продовольствия и снаряжения, – ну уж теперь против нас не устоят никакие горы!

Мы собирались сначала взойти на несложную вершину к югу от лагеря. Кстати, оттуда открывался хороший вид на окружающие горы.

Закончив приготовления, мы вышли из пещеры и стали подниматься мимо кривых березок, затем по большим лугам с огромными маками и дальше через скудные пастбища и осыпи. Лагерь разбили на морене. Не сразу удалось собрать среди камней достаточно льда, чтобы вскипятить чай.

В лагере было холодно и не слишком-то уютно, но зато нашему взору представился великолепный вид. Еще долго после того, как стемнело, далекие снеговые вершины сияли бело-желтым светом. Увы, того, кто позволил себе долго любоваться этим упоительным зрелищем, ожидала суровая кара: я окоченел от холода и вынужден был забраться в палатку.

На следующее утро солнце показалось очень поздно. Мы лишний раз познали, как важно ставить палатку в таком месте, куда солнечные лучи проникают пораньше. Конечно, вечером трудно угадать, где именно выглянет завтра солнце и как лягут тени, но стремиться к этому надо!