«Виды острова Люлю. Туземная девушка торопится выйти из леса до захода солнца».
Явился неведомый лес и красавица… такая красавица и вновь…
«Инженер Симеон пробует новый трактор».
— Снова, снова, — кричали мужчины, — к черту инженера!
— Так как же ты любишь меня? — спросила Тереза, нащупывая туфелькой ногу Мориса, которую тот по рассеянности отдернул. — Ну же!.. Как ты меня любишь?
— Я… я… очень люблю, — пробормотал он, глядя на экран.
— Да перестань смотреть на эту дуру! Как же ты меня любишь?
— Люблю… как…
— Ну, как что?
— Как лошадь!
— Осел!
Среди дам слышался ропот.
— Дальше, дальше, — кричали они, а мужчины орали: — Снова, снова!
Наконец окончательно и бесповоротно появился на экране лысый инженер Симеон и заковылял на тракторе по американскому полю. Тереза уставила на него лорнет и, больно прищемив локтем палец Мориса, воскликнула:
— Какой красавец… сразу видно, что… изобрел трактор.
И ушла, швырнув в Мориса салфеткой.
Глава II
Привидение XX века
Прекрасная Тереза рассердилась, и все заметили это.
Рассердились вслед за ней многие дамы. Жена Жана Эбьена подошла к нему, взяла его под руку, ущипнула при этом под локтем и, не разжимая щипка, повела по залу.
— Ну-с, — сказала она с лучезарной улыбкой, так что со стороны казалось, что она говорит что-то очень приятное, — мерзавец вы этакий! Не угодно ли вам уехать домой, потаскун проклятый?
И она еще сильней сжала щипок.
— Люсси! — прошептал истязуемый.
— Поедем домой!
— Но!..
— Или я сейчас пойду и отдамся первому встречному!
Роберт Валуа и Ящиков не имели жен.
— Вот женщина, — говорил первый, — клянусь моим предком Генрихом Анжуйским! Эта женщина! Это то, что называется женщиной!