— О том, что она очень красива. Да, Анри, она очень красива, и я с удовольствием стану другом ее сердца!

— Да ведь это очень опасно, Ноэ!

— Но вы же сами говорили, что любовь без опасностей пресна! Благоразумие покинуло тебя, Ноэ, — укоризненно ответил Генрих. — Еще недавно ты упрекал меня в неблагоразумии, а теперь сам сам…

— Да ведь я-то — совсем другое дело! Я ведь — не принц, приехавший в Париж, чтобы…

— Тише ты! — остановил его Генрих. — Ну-с, куда мы пойдем?

— В Лувр, если вам угодно!

— Ну, так мне угодно отправиться сначала на Медвежью улицу, где живет госпожа Лорьо! — решительно заявил принц.

Через некоторое время они пришли на Медвежью улицу. Счастье благоприятствовало им: первый человек, к которому они обратились с вопросом, где здесь лавка Лорьо, оказался приказчиком ювелира, Вильгельмом Верконсином, и предупредительно вызвался проводить их, особенно когда узнал, что у незнакомцев имеется письмо от графини де Граммон, подруги детства его хозяйки.

Дом, в котором жили Лорьо, был одноэтажным особнячком. Стены отличались солидной толщиной, окна были заграждены толстыми железными решетками, окованная железом дубовая дверь постоянно оставалась запертой, и, прежде чем впустить гостя, его оглядывали через маленькое оконце. На стук Верконсина в оконце появилось лицо старого еврея.

— Это я, дедушка Нов, — сказал Вильгельм Верконсин, — со мной двое господ, которые желают видеть барыню.

— Барина нет дома! — буркнул еврей, подозрительно осматривая наших героев.

— Дорогой господин Иов, — нежно сказал Генрих, — нам не нужно вашего барина, так как мы пришли не за деньгами и не собираемся ни занимать, ни закладывать. У нас письмо к госпоже Лорьо от графини Коризандры де Граммон!

— А, это другое дело! — ответил Иов и сейчас же принялся отодвигать бесчисленные засовы и откидывать крючки.

Наконец дверь открылась, и молодые люди вошли в мрачную, темную прихожую. Перед ними была винтовая лестница, ведшая наверх, налево была дверь в мастерскую.