Маруся удивилась.

А теперь? (Надел шапку.)

М а р у с я. А теперь опять не похож.

Л е н и н (сняв шапку). А снова?

С т е п к а. Настоящий Ленин! Где ж я возьму ему сахар? (Вдруг, с большой решительностью.) Бабка, бежать на колокольню? (Убегает.)

Л е н и н. Зачем на колокольню?

А н н а. Так он, буровит.

Л е н и н. Шустрый мальчик.

Ч у д н о в. Баловной, беда.

Л е н и н. Я тоже в его пору шустрый был, кажется, и баловной. Мальчишки - загадочный народ, только мы еще не умеем с ними обходиться. Уменья мало. А нам многое сейчас надо уметь. Нам не уметь нельзя... (Увидел светец.) Светец, настоящий старинный светец?

Ч у д н о в. Неужто знаете, Владимир Ильич, как жгут лучину?

Л е н и н. Знать-то знаю... Но неужели и вам приходится зажигать эту штуковину?

А н н а. Трещит. С ней и то веселей, чем впотьмах.

Л е н и н. Да, конечно, веселей.

Входит Р о м а н. В руках мешок, до половины наполненный какими-то

легкими вещами. Роман не ожидал в эту минуту найти дома Ленина.

Ч у д н о в. А это мой сын Роман. Председатель Совета и еще... Вообще.

Л е н и н. Здравствуйте, председатель! Что это у вас в мешке?

Р о м а н. Реквизит.

Л е н и н. Интересно, что за реквизит. Можно посмотреть?

Р о м а н (запинаясь). Можно.

Л е н и н. Цилиндр... (Взял, повертел, щелкнул пальцами по цилиндру.) Атлас... Чудесная штука. Значит, у вас есть свой театр?

Р о м а н. Пролеткульт.

Л е н и н. А что это такое - Пролеткульт?

Р о м а н. Я сам хорошо не знаю. Это, как бы сказать, пролетарская культура.

Л е н и н. Откуда вы добыли цилиндр?

Р о м а н. В Москве на Сухаревой купили.

Л е н и н. Кто же будет играть в нем?

Р о м а н. Я.

Л е н и н. Кого же вы будете представлять?