Другой плюс: в машине есть караокэ. Особенно полезная вещь в дальних поездках, когда все на нервах. Девчонки не любят, когда Джордж поет. Корчат рожи за его спиной и думают, что он не видит. От этого он принимается петь еще громче – слезливые японские баллады о потерянной любви и родимом городке. Девчонкам хочется послушать что-нибудь веселенькое – фанк, евробит, какую-нибудь ерунду, под которую обычно извиваются на сцене. Джордж Волк Нисио любит музыку трагическую, как сама его жизненная философия.

«Стар-вэгон» взбирается на очередной холм. Джордж бросает взгляд в зеркало. Две девчонки кемарят на сиденьях – отдыхают перед выступлением. Третья развлекается с «Геймбоем». Ангел – самая высокая, самая знойная, с самыми большими грудями – поглядывает то на часы, то в окно. Прямо-таки ждет не дождется начала работы.

Тот чувак, владелец клуба в Фукуоке, утверждал, что Ангел должна стать звездой шоу, немедленным умопомрачением любой мужской аудитории. Она темпераментная. Чувак показывал следы ногтей на плече. Сегодня вечером она сорвет все предохранители. Точно, по ней это заметно. А потом, если какой-нибудь лысеющий сорокалетний начальник отдела захочет позабавиться, или четыре, или пять таких начальников, один за другим или все вместе, – то она будет сверкать своими большими белыми зубами и скакать от восторга. Ибо теперь с ней имеют дело серьезные люди. Чувак из Фукуоки сказал ей: «Не будешь работать – не будет паспорта». Джордж сказал ей: «Не будешь работать – не будет лица».

Джордж опускает микрофон, кладет обе руки на руль. Опаздывать нельзя. Важная конференция, первые лица синдиката принимают чиновников из комитета по строительству и из префектуры. Сверхсекретная встреча, поэтому и понадобились девчонки, чтоб по-японски не понимали. Босс, конечно, мог приказать местным все приготовить. Но они ничего не умеют, мозги у них, как гнилое тофу.