Владимир сделал православие принудительным, крестил Русь поголовно-уголовно. Те, кто не согласился, выжили только в дремучих лесах. Вторая РПЦ Владимира была уже государственной структурой типа правящей партии. Она дотянула почти без перемен до так называемого Раскола, когда в середине 17 века во времена Второй Династии (Романовых) патриарх Никон доказал на бумажках, что мы опять верим неправильно. Сам Никон кончил плохо, но заповедь его царям понравилась и продержалась до прошлого века. Третья РПЦ закончилась с кончиной Второй династии. Ее остатки были уничтожены, схлынули в очень дальнее зарубежье или пережили глубокую хирургическую переориентацию.

Вы уже заметили, дорогие читатели, — у каждой власти — своя церковь.

Третья династия — династия самозванцев — не нуждалась в церкви как таковой. У нее была собственная ритуальность. Но РПЦ не желала оставаться в стороне от наших проблем и стала линять под цвет природы. Четвертая, «обновленческая» церковь досидела на картошке и пшенице в своих подвалах до наших дней.

Теперь мы наблюдаем пятый период. Пока воздержимся от определения того института, который заявляет за собой право пасти нас и спасать наши души. Как его не назови, все получается нехорошо, обидно как-то. «Либерально-демократическая церковь»... «Рыночная церковь с человеческим лицом»...

Нет, давайте повременим с обобщающей характеристикой. Нам пока мало что понятно. Отставим выводы до последних глав. Важнее разобраться, что это вообще было? Что это такое есть? Зачем оно? С каким знаком оно вписывается в наши скорострельные уравнения?

Впрочем, нужно ли так остро ставить вопрос в начале сказки? Можно потом и не заснуть.

Расслабляемся. Включаем музыку. Звучит Гимн РПЦ.

Нет, не «Боже, царя храни», не «Отче наш», не «Богородица Дева радуйся». С гимном как раз все в порядке. Музыка у нас одна — народного композитора генерала Александрова. Стихи всех Михалковых, в русской земле просиявших: