-- Пидор он, а не журналист, - встрял бугай.

Черный остановил его жестом, не повернув головы.

- Э, чэй ты? Шаха? Камиссара? Валэта? Зачэм нас фатаграфировал?

Игорь пожал плечами: что за абракадабра? И вообще, черт возьми, что происходит?!

- Э, мэнт, значит?

Игоря начала злить ситуация. Глоток коньяка помог ему напыжиться: он выпятил грудь, закинул ногу на ногу, усмехнулся.

- Как вас - господа? товарищи? мужики? Что вам от меня надо, а? Повторяю: я - журналист "Городской газеты". Я сейчас при исполнении, так сказать, на работе нахожусь. Готовил материал, понимаете, о нарушителях дорожного движения. Вы зачем через газон поехали, а? Нехорошо. Нехорошо, господа-товарищи! Ну ладно, я, так и быть, прощу - не буду упоминать о вас и снимок вашего чудного уникального "мерседеса" печатать. Разойдемся мирно. Игорь глянул на часы, время не уловил, но воскликнул: - Ого! Всё! И вообще, что за привычка вошла в моду: как что - сразу кулаки. Журналиста "Городской газеты" не надо бить, уважаемые. Ни в коем случае, особливо, знаете ли, по голове...

Игорь молол языком, а сердце его тоскливо поеживалось: взгляд чернобородого был странен.

Вдруг - хряский удар в ухо. Игорь грохнулся вместе со стулом, ударился затылком о бетон.

-- Мать твою! Еще угрожать будет, пидор!

Боров прыгнул к нему, еще и врубил тяжелым пинком под ложечку. Игорь, свернувшись улиткой, зевал и зевал, пытаясь отыскать дыхание. Только секунд через десять оно возвратилось. Но распрямляться Игорь не спешил - сволочь толстая нависла над ним.

Что же происходит? Кто это? Игорь сознанием, всеми нервами начал понимать - он влип. Его с кем-то спутали. Конечно! Что теперь делать? Как держать себя? Главное - не сломаться, не заюлить. И - приготовиться к боли. Судя по началу, бить его будут всерьез. А к битью Игорь не привык. Его, если не считать детских милых потасовок, никогда всерьез не били. Правда, однажды по голове саданули крепко, пьяного, так за один разок разве ж привыкнешь... Что же этим надо?