— Дже-ек!! Браво, Дже-ек!!!

Счастливый, смеющийся Джек получает от красивой девушки букет цветов…

Джек открыл глаза, поднялся с земли. Перед ним расстилалась выжженная солнцем пустыня, по которой он только что бежал. Джек побрел обратно… Поднял с земли свое пальто, потом отыскал фотоаппарат, повернулся и пошел вновь в сторону гор.

Перед ним начались длинные гряды унылых холмов. Джек поднимался с холма на холм, пробегая по их вершинам, а в ложбинах шел шагом. Солнце жгло нещадно. Пот заливал глаза. Высокий чапараль рвал на нем одежду, царапая лицо. Длинные крепкие колючки пробивали его ботинки, раздирали в кровь ноги.

Огромные силуэты испанского штыка, издали удивительно похожие на людские фигуры, четко рисовались на фоне неба, пугая его.

Измученный Джек находился в каком-то полубредовом состоянии, и картины его прошлого вставали перед ним.

Америка. 1910 год

Традиционный торжественный обед в богатом, построенном еще дедом Джека доме в Портленде. Дом-замок окружает большой сад с беседками, гротами, с ручными оленями, бродящими среди деревьев.

Бесшумно прислуживают слуги, почти все китайцы.

Мать и отец влюбленными глазами смотрят *на своего сына. Осуществилась их мечта: он окончил Гарвард — самый привилегированный университет Америки.

Джек, держа в одной руке бокал с вином, а другую положив на плечо соседа, говорит:

— Итак, завтра мы с моим другом Уолдо отправляемся в Европу! Мы пройдем пешком всю Англию, Францию, Испанию, как менестрели или… дервиши. Пожелайте нам успеха, друзья!

Старый Рид и мать Джека, красивая, средних лет женщина, стоят в глубине комнаты и, глядя на пирующего с друзьями сына, тихо разговаривают.