На этот раз она поймала кур и гусей сама, связала им ноги и запихнула в мешок. Был в поместье черный петух с голосом звонким, как колокольчик, птица, которой не было равной по стати, ярко-красному гребешку и оперению. Имелась также курица, которая неслась каждый день, причем на одном и том же месте. Поймав их обоих, Риша пробормотала: "Пойдемте, дружочки, скоро вам придется отведать нож Ройбена", - и вдруг почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она сама, без помощи кучера, запрягла лошадь и отправилась в путь одна. Ройбен стоял на крыльце своего дома с таким видом, будто с нетерпением ждет ее. Впрочем, так оно и было. Когда мужчина и женщина хотят друг друга, их мысли встречаются, и каждый знает заранее, как поведет себя другой.

Ройбен пригласил Ришу в дом, как будто она пришла к нему в гости, поставил на стол кувшин с водой, предложил ей наливки и коврижку с медом. Мешок с птицей он развязал прямо в комнате. Увидев черного петуха, Ройбен воскликнул:

- Экий кавалер!

- Думаю, это не помешает тебе с ним разобраться, - отозвалась Риша.

- Ничуть. От моего ножа никому не спрятаться, - заверил ее Ройбен и в ту же секунду перерезал петуху горло. Птица испустила дух не сразу, однако в конце концов тяжело рухнула на пол, точно пронзенный пулей орел. Затем Ройбен опустил нож на точильный камень, повернулся и подошел к Рише вплотную. Лицо у него было бледное от страсти, и огонь в его темных глазах напугал ее. Ей показалось, что сейчас он перережет горло и ей. Не говоря ни слова, Ройбен обнял ее и крепко прижал к себе.

- Что ты делаешь? Ты спятил?

- Ты мне нравишься, - прохрипел Ройбен.

- Пусти меня. Сюда могут войти.

- Не войдут. - Ройбен надел на дверь цепочку и потянул Ришу в альков, за занавеску.

Риша заголосила, сделала вид, что вырывается.

- Горе мне! Я замужняя женщина. А ты - набожный человек, талмудист. Нам с тобой за это в геенне гореть огненной...

Но Ройбен не обращал на ее слова никакого внимания.