- Я же тебе и говорю: дедукция - великая вещь!

В глазах его кувыркались бесенята. Он с наслаждением потянулся всем своим огромным телом, и сказал:

- Никогда не думал, что так здорово проводить жизнь лёжа на тахте, или сидя в большом удобном кресле. Я вот думаю, а не прикупить ли мне хризантем?

- Нет! - в ужасе закричал я. - Вы разжиреете, как этот Ниро Вульф, будете сидеть дома в сделанном на заказ кресле, а я буду бегать по городу и получать все тумаки и шишки, и всё это для того, чтобы вы на последней странице показали толстым пальцем на убийцу, который всё это время болтался в нашем доме. Дудки!

- Приятно иметь дело с образованным человеком, который всё понимает, усмехнулся Михаил Андреевич.

Отложил в сторону бумаги и фотографии, и с явным сожалением встал с тахты.

Он позвонил своим знакомым в милицию и попросил навести для него справки о Геннадии Ивановиче Пушкове, сорока двух лет отроду, служил в милиции, двенадцать лет назад уволился. Он просил так же узнать где служил Пушков, и что послужило причиной столь раннего его увольнения. И ещё одно заинтересовало Михаила Андреевича: это как остался в Москве скорее всего лимитчик, не получив в милиции квартиры и прописки? Откуда приехал Пушков? Не из Вологодской ли области.

Ему пообещали вскоре перезвонить. Он поблагодарил и стал собираться.

- Михаил Андреевич, вы куда?

- Ты же не хочешь ходить по городу и получать затрещины, приходится мне. Мешок у нас нигде не видел?

- Что-то не припомню. А зачем?

- Как зачем? - сделал он круглые глаза. - Тумаки и шишки собирать.

Оделся он в старенькую ковбойку, ношеные джинсы, тяжёлые ботинки на толстой подошве. На голову натянул кепочку, которую никогда раньше не носил, и снял с вешалки потёртую кожаную куртку.

- Куда вы? - спросил я ещё раз, видя серьёзность его приготовлений. Мне можно с вами?