Они распрощались, договорившись завтра созвониться, и подполковник повесил трубку.
- Значит, вас беспокоит Санитар? - спросил я. - А не думаете вы, что это вполне может быть фигура мифическая? Возможно, кто-то пугает этих людей. Вы же сами говорили, что они упоминали какого-то Горелого.
- Это скорее всего бандит, а бандиты так не пугают.
- Тогда кто же такой этот Санитар? И насколько это серьёзно?
- Если бы я знал, кто он такой. У таких людей, как эти резники и павловы - врагов много. А насколько это серьёзно - кто знает... Хотелось бы, чтобы было не так.
Глава третья
Но это было именно так. Это было серьёзно...
Когда накануне Геннадий Пушков садился после работы в свою машину, чтобы ехать домой, он не мог даже предположить, что за его спиной, на полу между задним и передним сидением, скрючившись в три погибели, лежала его смерть. Если бы он знал, он непременно обернулся бы, или открыл заднюю дверцу и проверил салон. Но он не сделал этого. И очень удивился, увидев в зеркальце заднего вида смутно знакомую физиономию, выросшую из-за плеча, когда Пушков остановился возле одного из светофоров.
Он даже не успел толком испугаться, только начал поворачиваться, но на лицо ему положили тряпку и сильно прижали к носу и рту. Пушков рванулся, задел локтём клаксон, тот резко гуднул, и этот короткий гудок перешёл в мозгу Пушкова в протяжный гудок электрички, вылетающей из тоннеля, в глазах всё завертелось, поплыло и он провалился в небытие.
Очнулся Пушков весь опутанный верёвками. Ему было холодно. Холодно было потому, что лежал Пушков на земле, и на очень сырой, даже куртка на спине промокла. Он никак не мог понять где же находится. Вокруг было темно, и только где-то вверху был виден прямоугольник чёрного уже неба.