И тут его пронзило. Он понял, что лежит в могиле. Пушков рванулся и закричал что было сил, разрывая лёгкие, но никто не отзывался, только что-то проорала вспугнутая им ночная птица. От этого её выкрика у Пушкова мороз по коже пробежал. Он прислушался и заорал ещё раз.

И в сердце шевельнулась надежда. Наверху хлопнула дверца машины, потом зажглись фары, осветив могилу, в которой лежал Пушков. И почти тут же раздались неторопливые шаги. Вниз посыпались комки земли, на краю могилы кто-то встал.

- Чего орёшь? - спросил этот кто-то.

- Ты чего, урод, с ума сошёл?! - заорал Пушков. - Вытащи меня немедленно, паскуда. Ты за это ответишь!

- Отвечу, Гена, отвечу, - спокойно пообещал Санитар. - Только попозже, а сейчас тебе пора ответить. Каждому свой черёд и своё время. Придёт мой черёд и моё время, и я отвечу. И то, что я сегодня сделаю - мне зачтётся.

- Да ты что, мужик?! Сдурел?! - заорал Пушков. - Вынь меня сейчас же! Чего я тебе сделал?!

- А я не за себя стараюсь. На мне свет клином не сошёлся. Ты думаешь, я тебя зря на кладбище привёз? Ты ничего вспомнить не желаешь? Ты думал, что нет на тебя суда, что с тебя не спросят, да как видишь - ошибся.

- Чего ты хочешь? Хочешь денег? Я дам, я всё отдам. Ты слышишь? Ты погоди, я всё объясню...

- Ты мне не интересен, - отмахнулся Санитар. - Ты молись, пока я тебя закапывать буду. У тебя много времени будет. Молись, и вспоминай.

Он копнул лопатой землю и бросил на Пушкова. Земля попала прямо ему в лицо, забила рот и глаза. Он вывернулся, закашлялся, и кое-как сел, но встать не удалось, мешали верёвки, которыми ноги были стянуты с руками.

- Ты не сделаешь этого! - закричал Пушков.