Я возвратился в лоно семьи. Моя матушка была особенно рада видеть, как я копаюсь в отбросах и рыскаю по подвалам вместе со всеми. Ей казалось, что после долгой болезни ее сын снова выздоровел. Может быть, немного дури осталось, но все же выздоровел. И я действительно поздоровел. Моя шерстка стала гладкой и мягкой, под кожей загулял жирок. Внешне я снова стал похожим на всех остальных - но про себя строил планы и готовился. Я задавал вопросы. Как человек охотится за нами, как он убивает нас? В чем его уловки? Старые, более опытные сородичи отвечали мне - и ответы я запоминал. Мне рассказывали о человеческих ядах, об его ружьях, об его ловушках. Прежде всего о ловушках. О них я задавал вопрос за вопросом. И никто не догадывался, почему, все думали, что я просто боюсь этих ловушек.

Люди ставят разные ловушки и все время выдумывают новые, но у всех этих ловушек - один основной принцип: жертву заманивают едой, а затем или убивают или ловят живьем. Предостережение моего отца о лежащей на полу пище было недвусмысленным: чем легче добыча, тем ближе ловушка. В этом принципе было что-то дьявольское. Но прежде всего мне нужно было узнать разницу между ловушками, которые убивают и ловушками, которые хватают живьем. Пока я не смогу различать их, я не смогу действовать. К счастью, нашлось немало добрых душ, которые с охотой просвещали меня. Мое любопытство стало всем известно и мне показывали множество ловушек. Вид моих собратьев, раздавленных стальной пружиной, кровь и переломанные хребты пугали меня. Таких ловушек я должен избегать любой ценой. А вот ловушки, которые хватали живьем, были совсем другими: они делались в виде клеточки, и стоило жертве схватить приманку, как за спиной опускалась маленькая дверь.