Под шакалий вой, неумолчно несущийся из расщелины, Савелов под прикрытием одного из "кустов" растворяется во мраке "зеленки".

* * *

Вслушиваясь в вой и лай, доносящиеся со стороны "зеленки", часовые перед дувалом сонно переговариваются на фарси:

- В джихад - скота мало, хлеба мало, детей мало, женщин много, могил моджахедам много... О Аллах, милостивый и милосердный, покарай гяуров урус-шурави, принесших правоверным разорение!..

Где-то близко через шакалий вой прорезается собачий визг.

- Вах, вах, вах!.. Совсем осмелели шайтаны - на собак уже нападают! Вах, вах!

Часовые горестно трясут тюрбанами и погружаются в дремоту под отдаленный шакалий вой и стрекот цикад. Они не успевают даже вскрикнуть, когда на них наваливаются возникшие из ночного мрака люди-тени в черных масках на лицах. Они срывают с часовых халаты и тюрбаны, а тела уносят под мрак "зеленки". Там, под прикрытием деревьев, их трупы обнаружат не скоро. Двое из ночных призраков облачаются в тюрбаны и халаты и остаются сидеть на корточках у стены дувала, вот только на фарси больше никто не говорит. Трое, перебросив через дувал рюкзаки, скрываются во дворе дома.

Под платаном тревожно храпят кони, чувствуя, что вокруг происходит что-то неладное. Часовые у входа в дом настороженно оглядывают двор, но, не заметив ничего подозрительного, успокаиваются и, сунув под язык очередную порцию терьяка, снова засыпают с открытыми глазами. Возле одной из стен дома возникает фигура Силина. Оставив под стеной рюкзак, он мгновенно скрывается в кустах. Сарматов тем временем подбирается к храпящим лошадям и успокаивает их, потом с ловкостью кошки взбирается на развесистый платан и скрывается в его густой листве. Прямо под веткой, на которой он затаился, чернеет джип, за баранкой которого спит "зеленый берет". Дождавшись, пока из "зеленки" вновь раздастся шакалий вой, Сарматов бросает в шофера десантный нож. Тут же рядом с машиной материализуется человек-тень и, сдернув с сиденья тело "берета", оттаскивает его в кусты. Скоро он возвращается, уже переодетый в униформу американца, и занимает место за баранкой. Сарматов, по-прежнему сливающийся с веткой платана, облегченно утирает пот с лица.