- Внизу посмотрим, что с ним!.. - после минутного замешательства отвечает майор. - Быстрей, быстрей, мужики, пока Савелов там его дружков держит!..

Приковав американца браслетом наручника к ветке карагача, заклеив ему пластырем рот, мужики вчетвером поднимают джип и разворачивают мордой в ту сторону, откуда только что приехали. Шальнов прыгает за баранку. Подняв руку в "но пасаране", он гонит джип обратно в сторону кишлака.

- Не прозевай развилку! - кричит ему вслед Сарматов и, повернувшись к остальным, произносит, неожиданно расплывшись в улыбке: - Это надо же двойня! Рехнуться можно! По такому случаю его можно было и освободить от такой прогулки. Чего не сказали-то?..

- Сами узнали лишь в Кабуле! - оправдывается за всех Бурлак. - Андрюху, ведь ты знаешь, пока не спросишь, не скажет... Сияет только как ясно солнышко, а в чем дело, не говорит...

- А в Кабуле не выдержал и сказал: один девочка, один малчик! встревает в разговор Алан и улыбается во все тридцать два белоснежных зуба.

Тем временем Бурлак альпинистским узлом крепит к стволу карагача репшнур, отдает его конец Сарматову, и тот опутывает им американца. К другому концу шнура Алан с Силиным привязывают рюкзаки и опускают их в пропасть. После этого Силин укрепляет на том узле, что на стволе карагача, небольшой цилиндрик взрывателя.

- Быстрей, быстрей, мужики! - торопит Сарматов. - С минуты на минуту здесь пакистанцы будут!

- Ничего, командир! - недобро усмехается Бурлак. - Стежка тут узкая, яма глубокая, а шайтан-труба, - показывает он на гранатомет, - как всегда, в полном порядке!

Алан, а вслед за ним и Силин, держась за репшнур, по очереди спускаются в пропасть. Когда опадает натяжение шнура, Сарматов отстегивает американца от дерева. Тот что-то мычит заклеенным ртом, извернувшись, делает попытку ударить Сарматова головой в живот, и тому снова приходится успокоить его тем же манером, что и в первый раз.