— Я не знаю, что стало с моим командиром... Он, можно сказать, подарил жизнь мне и тому лейтенанту... Перед уходом я сказал ему все... о нас... Понимаешь — все!..

— Господи, Вадим, что у вас там произошло?

— Нас вычеркнули из живых!.. Предали, исходя из сложившейся «политической ситуации»!

— Вадим, я ничего не понимаю!..

— Зато он все понимает! — глазами показал Савелов на закончившего чтение генерала.

Серые глаза генерала приобрели стальной оттенок, но он сдержался, лишь бросил с угрозой, направляясь к машине:

— Потом поговорим, капитан!..

Через мгновение автомобиль сорвался с места и злобно взвизгнув шинами, помчался к КПП.

Когда «Волга» подъехала к воротам, к раскрытому окошку генеральской машины подошел высокий человек в сером костюме и тихо спросил:

— Сергей Иванович Толмачев?..

— Я Толмачев, в чем дело?

— Можно вас на минуту?..

Генерал вышел из машины, и человек в сером костюме, стрельнув глазами по сторонам, произнес:

— Товарищ генерал-лейтенант, Павел Иванович Толмачев приглашает вас в Завидово...

— Разве охотничий сезон не закончился? — удивленно вскинул седые брови генерал.

— Закончился, но у Павла Ивановича он по настроению...

— Когда ехать?..

— Послезавтра, к утренней зорьке. Я встречу вас в четыре по нулям у КПП. Желательно, чтобы вы приехали не на служебной машине.

— Передайте, что я буду!

Восточный Афганистан

12 июня 1988 года.

Нарастающий шум вертолета, неожиданно ворвавшегося в первозданный мир афганской природы из-за опаленных знойным солнцем остроглавых вершин, вырвал Сарматова из цепких детских воспоминаний. Белогривый аргамак, который в неистовом намете только что так зримо пластался перед ним над зубчатой цепью скалистых гор, вдруг превратился в легкокрылого Пегаса и растворился в предзакатном мареве уходящего дня.