— Завтра поедем той же дорогой. Через час расстанемся.

Понурившись, вскидывает бровь и нехотя кивает, точно шахматист, вынужденный признать мастерство соперника.

— Позвольте хотя бы надеяться на встречу с вами в более благоприятных обстоятельствах.

— Если будет угодно судьбе.

Актер одаривает компаньона пристальным взглядом:

— Полноте, сэр. Все ладно… Давеча не вы ль потешались над суеверием? А теперь словно боитесь озлить фортуну.

— Игра с ней не суеверие, Лейси.

— Пожалуй, ежели только раз метнуть кости. Но у вас-то в запасе еще бросок.

— Дважды Рубикон не переходят.

— Однако юная леди…

— Теперь… иль никогда.

Лейси помолчал.

— При всем почтенье, любезный сэр, вы слишком трагично смотрите на вещи. Вы ж не Ромео, приговоренный к колесованию судьбой

Молодой джентльмен садится в кресло и долго смотрит на огонь.

— Что, ежели в этой пьесе нет ни Ромео, ни Джульетты? И финал ее скрыт в кромешной тьме? — Он поднимает голову, взгляд его тверд и прям. — Что тогда, Лейси?

— Бог с ними, с пьесами, сэр. Когда вы так говорите, я сам будто в кромешной тьме.

Вновь повисает молчание.

— Позволь предложить тебе чудную задачку, — наконец говорит молодой джентльмен. — Давеча ты сказал — мол, желательно знать, что будет дальше. Вообрази: к тебе, именно к тебе, явился человек, кто уверяет, будто проник в тайны будущего — не загробного, а нашего земного мира. Ему удалось тебя убедить, что он не балаганный шарлатан, но ученый, посредством математики, астрологии и всяческих тайных знаний сделавший подлинное открытие. Далее он рассказывает об том, что произойдет завтра, в нынешнем месяце, на будущий год, через сто и тысячу лет. Выкладывает всю историю. Как ты поступишь: станешь бегать по улицам, всех оповещая, иль затаишься?