На голове грузчика красовалась белая фуражка с золотым якорьком. Седые бакенбарды и мощный живот, обтянутый тельняшкой, завершали сходство со старым морским волком. Ватага мелких обезличенных личностей в синих халатах разгружала с машины какие-то ящики, все в ярких наклейках, очевидно, ананасы. Грузчик-капитан руководил действиями обезличенных личностей едва заметными шевелениями бровей и толстых пальцев. На одном из пальцев сидел огромный золотой перстень и бил в глаза лазерным лучом, который испускал неизвестный драгоценный камень: может быть даже, это нежился в лучах солнца сам «Куллан-1».

– Здравствуйте, Петр Петрович, – сказал я.

Грузчик-капитан даже не удостоил меня взглядом.

Лишь лазерный луч от камня полоснул меня по глазам.

– Давай, давай, чево рот раззявил! – вдруг неожиданно тонким голосом закричал Петр Петрович на одну из замешкавшихся обезличенных личностей.

– Я живу в вашем дворе, Петр Петрович, – сказал я заискивающим, самому себе противным голосом. – Я по поводу ананасов… Говорят…

– Помогай!, – пропищал владелец, может быть, «Куллана-1». Движением фокусника он вытащил откуда-то из-за груды ящиков и бросил мне застиранный синий халат. – Получишь три кило вне очереди.

Я воровато оглянулся по сторонам. Знакомых не было. Вскочив в синий халат, я слился с обезличенными личностями.

… Через час я, гордо прижимая к груди два ананаса, прошествовал через весь двор. Сзади слышался завистливый шепот сидящих на скамейке старушек:

– Ишь, попер… Небось с самим Петькой нюхается. Вместе водку жрут да по бабам…

Зато жена обняла меня и заплакала.

– Ну и слава богу… Теперь и у нас все, как у людей.

Через неделю выбросили свежие болгарские помидоры. Поработав полтора часа на разгрузке, я получил аж пять килограммов самых отборных. Потом подоспели крымские яблоки… Все знакомые нам завидовали, а некоторые даже попытались, конечно, из корыстных соображений, стать нашими лучшими друзьями.