-- Чего вы хотите?

-- Деньги! Обещанные тобой деньги!

Кучум обвел их взглядом и понял, что выхода нет. У караван-баши была небольшая сумма, оставленная на черный день. На самый черный день. И неужели этот день настал? Но и умирать из-за нескольких сотен монет не хотелось.

-- Хорошо, вы получите деньги. Они у купцов в караване. Идемте к ним,

-- Ишь чего захотел! -- осклабился мужик в темном стеганом халате с рыжей бороденкой.-- Мы поведем тебя туда, а там охрана. Нет, мы не дураки.

-- Так что же вы предлагаете? -- Хан сел на землю, отодвинувшись от головни.

-- Скажи, у кого деньги, и мы приведем его сюда.

-- Деньги у караван-баши, Но когда завтра остальные воины узнают, что вы похитили их... они же вас из-под земли достанут. Разорвут.

-- Не твое дело, бухарский пес! -- Ткнул его копьем гнусавый прямо в грудь. Однако копье уперлось в кольчугу и лишь слегка задело Кучума.-- Мы идем к каравану, а ты, Улмас, будешь сторожить его,-- приказал гнусавый молодому парню.-- Если чего не так, то руби сразу, не задумываясь.

И они торопливо скрылись в темноте, оставив Кучума на попечение одного лишь безусого парня.

"Хвала Аллаху, что я на время оттянул развязку. Уж с этим-то юнцом я как-нибудь совладаю..."-- Он внимательно пригляделся к своему охраннику, стоящему рядом с зажатой в руке кривой саблей.

Тот был ужасно худ и высок ростом. В набег, должно быть, пошел первый раз и не выработал в себе еще той жестокости и злобы, присущей бывалым воинам, проведшим полжизни в сражениях.

Но у Кучума не возникло к нему ни жалости, ни злости. Как к дереву, которое необходимо срубить для костра. Его просто требовалось убить и все. Он был для него неодушевленным предметом.

Кучум подобрался, напряг тело для броска, подобрав под себя ноги, затем неожиданно крикнул, выкинув вперед руку:

-- Эй! Кто там?! Гляди! -- указал за спину парня.