Тот в растерянности повернулся назад и тут же Кучум был на ногах и выхватил из костра ближайшую к нему головню, огрел ей своего стража по голове. Он вскричал от боли, прикрыв голову руками, выронил саблю. Этого оказалось достаточно, и Кучум подхватил ее с земли и с громким воплем рубанул парня по голове наискось, Безумные глаза уставились на Кучума, рот раскрылся в последнем крике, и, выбросив руки вперед, он сделал неверный шаг, словно ища поддержки у другого, мгновение назад лишившего его жизни.

-- Мама...-- прошептал парень и упал лицом вперед, так и не дотянувшись до Кучума растопыренными пальцами. Легкая дрожь сотрясла его тело, дернулись раскинутые ноги. Молодое тело не желало отпускать жизнь из себя, но смерть была сильней.

-- Эх ты, воин,-- невнятно проговорил хан, с презрением взирая на распростертое тело,-- и таких сосунков я набрал в набег... Сидел бы дома со своей мамкой... Мама... дождется она тебя,-- с неожиданной злостью закончил он и в сердцах плюнул на еще теплый труп, отвернулся от него и бросил на землю чужой клинок.

Взглянул на собственные ладони, вспотевшие и подрагивающие, как от неожиданного прикосновения к притаившейся в густой траве лягушке. Вытер их о полы халата, еще раз плюнул на землю, освобождая рот от накопившейся злости и горечи, и направился к реке.

Но уже с полпути вернулся, нашел валявшуюся на траве свою саблю, помедлив, подхватил копье, бросил взгляд на лук и колчан со стрелами, но не стал их брать с собой и так вразвалку, медленно побрел к журчащей внизу мелкой речной протоке.

Он смачивал водой руки и прикладывал их надолго ко лбу, щекам, отирая шею, плеснул на грудь, охлаждая тело. И только теперь до него стало доходить, что чудом остался жив, пока жив, но вскоре вернутся от караван-баши грабители и постараются разделаться с ним. Он усмехнулся, представляя, каковы будут их лица, когда увидят у костра еще один труп, труп их сообщника, и так же не спеша пошел через осоку наверх.