— А мистер Эванс утверждает, что только с теми, кто верит в бога, ничего страшного не случается, — сказала Кэрри.

— Что ж, это, пожалуй, та же мысль, только иначе выраженная, — объяснила Хепзеба. Она в последний раз прижала к себе Ника и спустила его с колен. — Приходи к нам, малыш. Приходите оба, когда захотите. Вы готовы, мистер Джонни?

Он, по-видимому, понял ее, потому что встал и протянул руку. И Ник, подойдя к нему, доверчиво взял его за руку.

В лесу мистер Джонни, держа Ника за руку, шел впереди, указывая дорогу, и нес гуся. А Кэрри следовала за ними, потому что для троих на тропинке не было места, но она не боялась. Мистер Джонни, не переставая, что-то кулдыкал, тон его рассказа был мирный, и тьма, казалось, отступала. Кулдыкал он, кулдыкал, а потом, словно отвечая ему, заговорил Ник:

— Да, была… О да, мне бы очень хотелось это сделать…

«Показывает свою воспитанность», — решила Кэрри, Но когда они добрались до железной дороги и мистер Джонни, положив гуся на землю, что-то прокулдыкал, она тоже поняла, что он хочет сказать.

— До свидания, мистер Джонни, — попрощалась она и улыбнулась ему.

Сначала он попытался улыбнуться в ответ, но потом закрыл лицо дрожащими руками и смущенно отступил.

— Не смотри на него в упор, — сказал Ник. — Он стесняется, когда на него так смотрят. До свидания, мистер Джонни.

Теперь они несли гуся вдвоем, идя по тропинке, которая отливала серебром в свете луны. Но когда поставили сумку на землю, чтобы передохнуть, и оглянулись, мистера Джонни уже не было.

— Он хотел сказать «до свидания», да? — спросила Кэрри. — Ты, по-моему, тоже не понимал, что он говорил, правда? Я, во всяком случае, ничего не поняла.