В комнате с выбитым стеклом (так ее мысленно называл Снопков) следов не было. Это установил и сам Алексей Матвеевич, и подтвердил эксперт. Да, следов не было. Было другое: попытка запутать следствие, направить поиски по ложному пути. Прием заурядный, к которому по большей части прибегают преступники неумные и неопытные.

Грабитель вошел в бухгалтерию не через окно, а через дверь. Вошел вместе со всеми служащими и, может быть, когда ищущие - в который раз внимательно осматривают сейф, настороженно следит за их действиями.

Снопкову даже показалось, что он уловил на себе чей-то внимательный взгляд. Он оглянулся. Кроме оперативных работников в бухгалтерии никого не было. Из коридора, перекрывая гул голосов - сотрудники училища на все лады обсуждали происшествие, - доносился высокий девичий голос, убеждавший кого-то, что преступников обязательно найдут.

В училище больше делать было нечего. В свой кабинет Снопков вернулся с твердой уверенностью, что преступника надо искать среди персонала училища. Больше того, грабитель в какое-то время имел доступ к ключам от сейфа, значит, он был человеком, хорошо знакомым кассиру, может быть, близким другом. Такой вывод значительно суживал круг поисков, давал в руки следователю определенную нить. Помимо этого он снимал подозренис с десятков людей, освобождал их от допросов, очных ставок и прочих следственных атрибутов, ставящих под сомнение честь человека. Обо всем этом Алексей Матвеевич долго беседовал с подключившимся к делу следователем прокуратуры Владимиром Сергеевичем Корончиком.

Па допросе кассир вспомнила, что давно, еще когда она уходила в отпуск, ее замещала завскладом Ударцева. Это заявление вновь расширяло следственную орбиту: преступник мог быть связан с Ударцевой.