Моя мать проверяет, на месте ли сидят все гребенки в ее зачесанных кверху волосах, не упала ли на шею непослушная прядь, она подвязывает накрахмаленный передник, который шуршит совсем по-воскресному, и гордо плывет вниз по улице, держа малость на отлете один из главных подарков судьбы — свой объемистый зад. Крестьянские жены подглядывают за ней в щели своих заборов и предрекают:

— Из новых-то пекарев, — предрекают они, — ни в жисть прока не будет. Вы только поглядите, как пекарева жёнка середь недели вырядилась.

Горшечник Тинке из себя толстый, красный и синий, он страдает водянкой, и у него отекают ноги.

— Не диво, — говорят на селе, — коль ежели кто целый день трясется на телеге, воде-то куда деваться?

— Охота вам языки чесать, — огрызается Тинке. — Вам и невдомек, как у меня все бывает.

Когда на ноги Тинке не налезают самые большие из его башмаков, он перестает мотаться по своим горшечным делам. У его Гнедка посеребренная временем голова, глубокие впадины над веками и бельмо на левом глазу.

— А мне с евоной слепоты прямая выгода, — говорит Тинке, — мой Гнедок и в ус не дует, когда эти чертовы пых-пыхи его обгоняют. Он их не увидит допрежь как правым глазом, а там их и след простыл.

Пых-пыхами у нас прозвали мотоциклы. Кроме мотоциклов бывают еще и автомобили. Два, известных нам, имеют по три колеса.

Все, что человеку еще только предстоит пережить, называется будущим. У кого есть автомобиль, тот может быстрей доехать до будущего. У скотского доктора Цезе есть автомобиль о трех колесах. Когда какая-нибудь корова не может отелиться, посылают за Цезе, и теленок шустрей выпрыгивает в свое будущее. И доктор тоже. Порой трехколеска Цезе застревает посреди дороги. Тогда без лошади не обойтись и будущее теленка оказывается под вопросом. Теленка — но не доктора Цезе; тот доберется до своего будущего и на автомобиле, который тащит лошадь.