Мария первая пришла к тому месту, где Иисус ожидал со своими учениками, а было то место сокрыто лимоновой рощей и кустарником, и она пала ему в ноги и поцеловала край его хитона.

— Господи, — произнесла она, — если бы ты пришел к нам тогда, не умер бы брат мой.

Иисус прослезился, а иудеи зашептались меж собой: «Смотрите, он любил его больше, чем нас, хотя никогда не видел! Как понять это?» Другие же говорили: «Для чего не пошел он исцелить его, что пользы приходить сейчас?» И, глядя на лицо Иисуса, дивились тому, что он так скорбит о мертвом.

Иисус пошел к пещере и, подойдя, велел отвалить камень, что загораживал вход в нее. Отирая рукавом слезы, Марфа сказала ему: «Господи, четвертый день он во гробе и уже смердит». Но Иисус пренебрег ее словами и во второй раз приказал сдвинуть камень.

И все тогда увидали в пещере покойника, обвитого погребальными пеленами, с лицом, обвязанным платком, недвижно распластанного на тонкой подстилке, и подивились тому, что не чувствуют иного запаха, кроме благоухающего мира.

Иисус оглянулся на толпившихся у него за спиною и остановил свой взгляд на Иуде. Тот стоял всех ближе к нему и пристально рассматривал умершего. Ведомо было Иисусу, что Иуда не верит в чудеса, ибо человек он недоверчивый, с крепким на земные дела разумением, хитрый и расчетливый — недаром ему были поручены заботы об общей кассе. Теперь Иуда нетерпеливо ожидал, как поступит Иисус.

Иисус возвел очи к небу, и все услыхали его слова: «Отче, пусть и сие произойдет ради людей, дабы уверовали они в воскресение духа и укрепился человек надеждой на новую жизнь!» — И, изрекши эти слова, снял платок с лица Лазаря и воскликнул: «Выйди, Лазарь!»

Лицо мертвого исказилось, словно от боли, губы зашевелились, из груди вырвался вздох, и глаза открылись, точно он пробудился от глубокого сна. Он попытался встать, но погребальные пелены помешали ему. Никто не решался снять их с него, ибо всех сковал страх. Иисус освободил пелены, и Лазарь сел. Несколько мгновений оставался он неподвижен и невидящим взглядом смотрел перед собой. Когда же появился он перед входом в пещеру, иудеи попятились, а сестры поразились блуждающим его глазам, из которых исчез стеклянный блеск, и теперь они казались мертвыми.