Но мы только улыбались и неопределенно пожимали плечами: рядом с нами всегда зримо и незримо присутствовала державная Алла.

Прошло время.

Как-то я напомнил Раймонду о той певице из варьете и ее просьбе.

- Я не уверен, - ответил Паулс. - На сцене она многое потеряет. Она прекрасно делает свое дело там...

К этой теме мы долго не возвращались.

А осенью 1986 года, когда мы написали песню "Ночной костер" и возник вопрос об исполнителе, решили дать Лайме шанс.

И вскоре она выступила в одной из передач телепрограммы "Песня-86".

- Ну как тебе? - спросил Паулс по междугородной связи.

- Мне понравилось. А тебе?

- Очень прилично, - ответил он.

...Надвигался Новый год. А вместе с ним и долгожданный "Огонек". Когда уже отзвенели кремлевские куранты и были осушены бутылки с безалкогольными напитками, глазам многомиллионного телезрителя явился новоиспеченный дуэт Валерий Леонтьев - Лайма Вайкуле. Они спели "Вернисаж". Песня вскоре выбилась в лидеры хит-парадов, а дуэт, вызвавший столько симпатий, мгновенно распался...

Вторую песню в "Огоньке" Лайма исполняла уже с балетом за спиной и с Паулсом у рояля. "Еще не вечер" был написан давно. Так давно, что и не помню когда. Помню только, что Алла категорически отказалась петь эту песню. Возможно, Пугачеву уже тогда привлекали новые темы, новые ритмы или просто текст попал под горячую руку. Короче, она отказалась. И вот мы к нему вернулись. С Лаймой Вайкуле.

Весь 1987 год прошел у нас с Раймондом под знаком Лаймы. Нам было интересно работать для этой певицы, обладающей артистизмом, сценическим мышлением. Мы написали около двадцати песен: эксцентрическую "Шаляй-валяй", ностальгическую "Чарли Чаплин", трагическую "Скрипач на крыше", элегическую "Самый медленный поезд", поэтическую "Три ветра" и многие другие комические и драматические песни.