Конечно, не обязательно разговор начинался с лиф-та, лифт здесь фигурирует лишь так, для примера. Сафонов был хорошим психологом; он сразу по лицу, по манере поведения, по обстановке кабинета определял характер, склонности собеседника и затрагивал и развивал вопрос, который интересовал нужного ему человека, а поскольку таких вопросов, по которым Антон Юрьевич не имел собственного мнения, практически не существовало, то неизменно завязывался интересный живой разговор, венцом которого была заветная подпись на документе.

Конечно, бывали и проколы, обычно это случалось с равнодушными или глупыми людьми (кстати, даже с ними Антону Юрьевичу иногда удавалось найти общий язык), но проколов по сравнению с победами было так мало, что их можно было и не принимать в расчет вовсе.

Можно сказать, что Антон Юрьевич являлся идеальным заместителем и человеком. Он не пил, не курил, не высокомерничал, несмотря на свою фантастическую эрудицию, не был жаден, со всеми держался ровно и доброжелательно, не заискивал перед начальством.

И все-таки один недостаток у Сафонова был. Если это только можно назвать недостатком. Антон Юрьевич нравился женщинам. Причем женщинам не всем, а определенного возраста и определенных склонностей. В основном это были женщины в диапазоне от сорока до пятидесяти лет, бывшие красавицы. В молодости такие женщины привыкли к поклонению, веселой жизни, баловству со стороны родителей. Милым капризным красавицам искренне кажется, что так будет всегда. Мысль о старости представляется им настолько абсурдной, нелепой, не касающейся их, что на стариков, в том числе И на родителей, они смотрят как на что-то ненужное, надоедливое, жужжащее наподобие мух.

Но вот неизбежное замужество; как ни крути, а он появляется: самый лучший, самый благородный, почти принц из сказки; и капризная красавица становится хранительницей семейного очага.