Был какой-то праздник. Что-то открывали или закладывали первый камень - он уже плохо помнил, - за свою сорокапятилетнюю жизнь Ярослав Петрович присутствовал на открытии стольких объектов и закладке стольких первых камней, что, если соединить все это вместе, то из зданий получился бы огромный город, а из первых камней можно было бы вымостить дорогу на Луну, тем более, что многие первые камни остались последними и их можно безболезненно извлечь назад для строительства земных дорог.

По случаю торжества горисполком дал грандиозный, на несколько сот человек банкет а ля-фуршет в огромном ресторане. Красин всегда скучал на грандиозных банкетах. Все куда-то бегут со страшно озабоченными лицами, словно делают какое-то очень важное дело; кто-то лезет с умными разговорами; кто-то пытается изображать рубаху-парня, хотя не имеет ни малейшего представления,

что такое рубаха-парень, молодые девушки стараются быть взрослее и содержательнее; женщины в возрасте - легкомысленнее, по крайней мере сбросить лет десять.

Ночь стояла душная. Банкетные залы напоминали предбанники.

Красин вышел на балкон. Балкон представлял собой длинный, в десять метров сад из экзотических деревьев и цветов. Он был пуст, только в самом конце светился огонек сигареты.

Ярослав Петрович и сам не знал, зачем он пошел на этот "огонек. Может быть, его привлекла необычность обстановки: темная зелень и на фоне медленно движется огонек... вверх-вниз, вверх-вниз, словно яркий светлячок ткет черное полотно. Почему-то он сразу понял, что это курит женщина. Красин не мог объяснить, почему он так решил, может быть, мужчина дольше затягивается? Или не опускает так низко сигарету? Или движения его резче и увереннее?

Это действительно оказалась женщина. Она была маленькая, тоненькая, черноволосая, и ее фигура почти затерялась в листьях большой пальмы в кадке.

- У вас закурить не найдется? - спросил Красин, лишь бы что-нибудь спросить. Он никогда не курил. Про сто ему было очень одиноко на этом шумном банкете.