– Может, она из какой-нибудь секты? Были такие случаи…

– Нет, Ромка, здесь не то. По одежде не подходит, в общем, сам увидишь.

– Так в чем же дело?

– Никак в толк не возьму.

В дверь постучали.

Алла Сергеевна сделала мне знак рукой: «сядь», спросила шепотом:

– Тебя как представить?

Сработались мы с ней за эти годы четко, – я понял ее с полуслова. Ответил коротко:

– Психолог. Имя настоящее.

Она кивнула.

– Войдите.

Тогда я впервые и увидел Сашу.

*****

В новой школе ребята за глаза звали Сашу «монашкой». В лицо – никогда, впрочем, с ней вообще старались не общаться. Да и какой смысл, если новенькая всегда отмалчивается? Такую даже дразнить неинтересно. Пробовали поначалу, когда Саша только пришла в класс, но быстро надоело. «Монашка» не обижалась, не плакала, не лезла в драку, нет, она никак не реагировала, просто проходила мимо – и все.

Она никогда не участвовала ни в каких школьных проектах и концертах, никогда не ходила сама и не приглашала к себе на день рождения – в классе даже не знали, когда он у нее… Сашу звали выступать в самодеятельном театре – отказалась: просто «нет», не объясняя причин. Все, кто пытался сойтись с ней ближе, натыкались на стену молчания и – очень редко – холодной вежливости.

Не сразу, через полгода примерно, кто-то обратил внимание, что Саша носит только брюки. В любое время года, в любую погоду – свободные брюки с широкими штанинами, совершенно не подходящие к ее ладной фигурке. Никто никогда не видел ее в юбке. Зимой это не бросалось в глаза – многие так ходят, холодно же! А вот с первым весенним теплом, когда девчонки наперебой начинают щеголять все более коротким подолом, кто-то из парней мечтательно сказал: «Эх, вот бы у нашей монашки ножки посмотреть!» Сначала все это было похоже на шутку, даже некоторый азарт появился: кто первый? Ребята спорили, заключали пари, хвастались, обещали… Пари так никто и не выиграл – до конца мая, несмотря на удивительно раннюю в том году жару, Саша изо дня в день появлялась в брюках.