ные земли.

У него и вещей с собой нет никаких: пиджак да

торбочка с сухарями. Как воробышек вышел на стан-

ции, купил стакан голубики или орехов, поклевал — и

сыт. Васек — великий фантазер. Услышал от соседа-

солдата, что в Могилеве, где служил тот, «жизнь — чи-

стый рай: два рубля метр колбасы», это ему понрави-

лось, и он выдумал целую сказочную страну:

— Толь, а Толь! И там, в этой стране, стоит дерево,

и на нем растут пирожные. Сверху свежие, бисквитные,

аж теплые… а внизу уже сухие, наполеоны. Скажи,

здорово?

— Спи, чертенок!

15

— А в дерево воткнута палка, на ней сидит попу-

гай и читает стихи Долматовского. А мы лопаем пи-

рожные и говорим ему: «Попка дурак!»

Васек не имеет секретов; жизнь его на виду, и весь

вагон знает, что у него всех капиталов семьдесят руб-

лей, а бабка не злая, но только день и ночь ругается и

задумала выходить замуж. Все к нему относятся ласко-

во, учат уму-разуму и подкармливают. Васек одинаково

приветливо принимает и поучения и кусок булки с

маслом. На третьей полке он блаженствует; тут его

царство: он может крутить вентиляторы и вообще са-

мостоятельно жить.

Иван Бугай.В общих комбинированных ваго-

нах, как известно, нижние полки «сидячие», а средние

плацкартные. За одну плацкарту доплатил из своих

денег Бугай.

У него болят зубы. Ехал из колхоза на машине, на-

дуло флюс, и разнесло правую щеку так, что жутко

смотреть. Иван Бугай — под стать фамилии — громад-

ный, медлительный и тугодум. Полка под ним потрес-

кивает, и тогда сидеть под ней становится неуютно.