600 тысяч киловатт, а Братской ГЭС — 3 миллиона

200 тысяч киловатт. Васек ест помидоры и охотно

слушает.

Григорий. Второе спальное место в нашем купе

занимал солдат. Он сошел в Кирове, и полку тотчас

же захватил Гришка. Он все время сидит там и дро-

жит, как бы проводник не вспомнил, что место сво-

бодно, и не согнал его.

Гришка — жадюга и кулак. У него рябое пугли-

вое лицо и узловатые, загребущие руки. Он немедлен-

но загромоздил полку узелками, чемоданами, рассо-

вал все под голову и бока, чтобы не украли, и сам едва

помещается среди своего добра.

Меньше всего Григория интересует, какова мощ-

ность станций на Ангаре. Он жадно слушает рассказы

17

о невероятных заработках на стройках и ночью, когда

все спят, пересчитывает выданный ему аванс. Мне это

видно сверху. У него в брюках болтается на веревочке

мешочек для денег. Он тоже имеет часы — серебряные,

карманные, на массивной цепочке — и десять раз за

ночь ощупывает их.

Он ничего не покупает на станциях, даже не выхо-

дит: сторожит свое барахло. А нам это на руку: мы

спокойно уходим гулять, поручив ему отстаивать гру-

дью купе от новых постояльцев. Гришка действительно

готов лечь костьми, клянется, что здесь едет бандит-

ская шайка, и так пугает пассажиров, что полвагона

уже со страхом косится на нас.

Когда мы садимся есть, Григорий отодвигается в

сторону и делает вид, что ему не хочется. Мы зовем

его; он отнекивается, потом нехотя присаживается. Но

так как он вечно голодный, то начинает хватать куски,

как волк. Своего он никогда не кладет. Бугай демон-

стративно валит свои караваи и презрительно сопит, а