Несмотря на то, что автор участвовал во многих реальных событиях Второй мировой войны и знает войну не понаслышке, он, как и большинство мемуаристов, превозносит и восхваляет немецкую боевую технику и вооружение, приписывает ей чудовищные возможности, в то же время принижая действительную мощь советской техники и не считаясь с реальностью. Возможно, Хасселя подводила память; в любом случае, он явно не обращался к специальной литературе и справочникам для уточнения боевых характеристик немецких и советских боевых машин.

Далее, Хассель очень часто повторяет о многократном превосходстве в численности русских войск и общем соотношении сил. На страницах его романов тысячи и тысячи советских солдат наступают на немецкую танковую роту или же взвод, которые держат оборону на фронте в 100 и более километров. Все это, мягко говоря, фантазия и преувеличение, но такие ошибки свойственны бывшим солдатам проигравшей армии, с самого начала уверенным в абсолютном превосходстве своей стороны.

Хассель также плохо представляет себе и детали жизни и быта Красной армии, ее национальный и классовый состав, моральный облик ее солдат и офицеров. Понятно, что в данном случае речь идет о естественных врагах Свена, которых он видел в основном лишь через прицел своего оружия. Кроме того, нельзя забывать, что все произведения, созданные автором, возникли в период «холодной войны», поэтому более или менее симпатичный облик русского солдата, несмотря на все антимилитаристские помыслы Хасселя, попросту не мог возникнуть под его пером. Тем не менее главное в романах Хасселя не это, а общая — правдивая! — картина самой чудовищной войны за всю историю человечества.

Автор был на краю жизни и смерти, он похоронил почти всех друзей по оружию, с которыми начинал войну, но из нее он вышел живым. Война явилась глубоким переломом в его духовной жизни. Он стал борцом за мир, борцом против пропаганды войны, антимилитаристом. Только в процессе длительного, мучительного пересмотра прошлого и духовного перевоплощения, которые приводили к тяжелым внутренним конфликтам и противоречиям, он постепенно уяснил себе глубокие причины поражения вермахта на Востоке и абсурдность войн вообще.