— А что Виктор? Бицепсы, трицепсы, пара ветхозаветных анекдотов и апломба выше крыши. Бройлер! Слу-ушай! — спохватилась Люська. — А я ж по делу!

Она метнулась в прихожую и вытащила из кармана штормовки длинный конверт.

— Вот! «Вам предлагается с 1 по 10 марта прибыть в распоряжение Института Времени». Это что такое?

— Ага! Пришло уже! — обрадовалась Женька. — Молодцы, оперативно отреагировали. Понимаешь, не могу я больше в этом болоте. Каждую ночь Тортуга снится. В общем, это я написала в Институт. Все как есть. А что? Древняя Греция сорвалась — туда эллинистов-профессионалов отправили, а мы-то как же? В конце концов, мы старые разведчики!..

— Не заводись, капитан, — широко улыбнулась Люська. — Ты великолепно придумала! У меня тоже от этих костей бред сивого бронтозавра начинается. Поехали?

— Поехали! — воскликнула Женька, вскакивая. — На абордаж!!!

* * *

— Так. А вот и наши пираты! — прозвучал сочный бас.

Девушки обернулись на голос. Перед ними стоял крупный высокий человек с начинающими седеть темно-рыжими волосами и курчавой «олимпийской» бородой. На кармане его форменной рубашки тускло поблескивал значок — песочные часы на фоне земного шара.

Подруги сразу узнали его. Да и кому был неизвестен Торий Васильевич Лисицын — Главный Координатор отдела хроноразведки, руководитель Центра Описываемого Прошлого, разведчик, совершивший больше забросов в Прошлое, чем все его коллеги вместе взятые. Сотрудники называли его Тором за взрывной, хоть и добродушный характер, а друзья юности — Торнадо. И все шутя говорили о нем: «Шеф — человек с оч-чень богатым Прошлым».

— По приглашению прибыли! — бодро отрапортовала Люська, вытягиваясь во фрунт.

— Все такая же! — усмехнулся Лисицын. — Ну что ж, девочки, вы действительно нам нужны.

— Странно, что вы вообще могли обходиться без таких опытных разведчиков, — ввернула Женька.