Коли в дом глазами вперишься, то он стоять будет, как истукан, не шевельнется, только крыша на солнце зарумянится.

Глядеть нужно вполглаза, как бы ненароком. Да что дом! Баня у меня и вся-то никудышна: скособочилась, как старуха, да как у старухи-табашницы под носом от табаку грязно, у бани весь перед от дыму закоптел.

Вот и было единово эко дело: глянул я на баню вполглаза, а баня-то, как путева постройка, окошечком улыбочку сосветила, коньком тряхнула, сперва попри-села, потом подскочила и двинулась, и пошла!

Я рот разинул от экой небывалости, в баню глазами уставился,-- баня хошь бы што: банным полком скрипнула да мимо меня ходом.

Гляжу -- за баней овин вприпрыжку без оглядки бежит, баню догонят.

Ну, тут и меня надо. Скочил на овин и поехал! А за мной и дом со свай сдвинулся: охнул, поветью, как подолом, махнул, поразмялся на месте -- и за мной.

По дороге как гулянка кака невиданна. Оно, может быть, и не первый раз дело эко, да я-то впервой увидал. Дома степенно идут, не качаются, для форсу крыши

набекрень, светлыми окошками улыбаются, повети распустили, как наши бабы сарафанны подолы на гулянке. Которы дома крашены да у которых крыши железны -- те норовят вперед протолкаться. А бани да овины, как малы робята, вперегонки.

-- Эй, вы, постройки, постойте! Скажите, куды спешите, куды дорогу топчете?

Дома дверями заскрипели, петлями дверными завизжали и такой мне ответ дали:

-- В город на свадьбу торопимся. Соборна колокольня за пожарну каланчу взамуж идет. Гостей уйму назвали. Мы всей Уймой и идем.

В городу нас дожидались. Невеста -- соборна колокольня -вся в пыли, как в кисейном платье, голова золочена -- блестит кокошником.

Мучной лабаз -- сват в удовольствии от невестиного наряду:

-- Ах, сколь разнарядно! И пыль-то стародавня. Ежели эту пыль да в нос пустишь -- всяк зачихат.

Это слово сватово на издевку похоже: невеста -перестарок, не нерву сотню стоит да на постройки загля-дыватся.