– Может быть, и нельзя… – мой запал стал постепенно проходить. – Грех на душу брать не буду… Мне всех их жалко… И солдат погибших, и офицеров… Но в России оказаться инвалидом войны – это всё равно что умирать постепенно… День за днем… И наживаться за счёт изувеченных и сирот – это ещё больший грех… Это кощунство…

– Пожалейте его…

– А он меня пожалел, когда у меня ни копейки денег не было? Когда я у друзей-знакомых в долг просил? – стиснув зубы, спросил я. – Вот то-то и оно…

Наступила тишина. Очень тягостная из-за обсуждаемой темы…

– А про шестую роту что вы думаете? – внезапно изменил тему разговора Дмитрий Викторович.

А что я мог сказать про очередное наше военное блядство? Скоро должна была быть уже вторая годовщина гибели этого подразделения, но для меня всё это было как вчера, и поэтому я ответил, может быть, цинично и грубо, но откровенно.

– Шоу маст гоу он… То есть люди гибнут уже целыми ротами, но это предвыборное представление под названием «Маленькая, но очень победоносная война» должно продолжаться… Ведь даже на своих ошибках мы не учимся! Что, кроме них больше войск не было в Чечне? А артиллерия и авиация? Эта же мясорубка продолжалась не один час! Ведь перед этим по телевизору показывали, как оперативно-тактическими ракетами из Владикавказа наносили точечные удары по боевикам, которые построились утром на развод то ли в Атагах, то ли в Шалях… Моментально и аккуратно замочено столько террористов! Жалко, что не в сортире их!.. А то бы и ракетчики стали бы Героями. А тут? Это же целая рота! Почти сто человек! У них что, радиостанций не было?

– Да были у них радиостанции… – каким-то посеревшим голосом сказал Петров. – И связь была хорошая… И погода была нормальная.

– И что дальше? – ожесточенно спросил я. – Да они могли хоть до самого лета сидеть на этой горке! Сначала надо было навести артиллерию и пристрелять по квадратам всю местность вокруг, а потом спокойно корректировать стрельбу по результатам попадания снарядов.