Зайчишке тоже хватало забот. Чем дальше Зайчишка учился, тем хуже он чирикал и кукарекал, не говоря уже о соловьином пении.

Спасибо еще, что никто ничем, кроме как Зайчишкиными отметками, не интересовался. Постепенно Зайчишка стал подумывать, что дело не в науке, не в учении, а в чем-то другом.

К тому времени как он получил диплом об окончании лесной консерватории, Зайчишка, наконец, понял, что талант - главное, только талант, все остальное трын - заячья капустка.

Мужественное это открытие помогло Зайчишке принять твердое решение посвятить свою жизнь спорту. Он без сожаления бросил музыку и поступил тренером в лесную спортивную школу. Тренировать слонов в ужином ползанье.

Нашлись в лесу и такие, что сочли Зайчишкин поступок сомнительным, и такие, от кого не услышали ничего, но все согласились в конце концов, что это дело обычное, банальная история об Зайчишке не совсем на своем, или об Зайчишке совсем не на своем, или об Зайчишке на чужом месте.

Осталось Зайчишку оставить в покое, забыть его банальную историю. А она не забывается - Зайчишка-то на виду. У Зайчишкиной жены - манто. В Зайчишкиной норе - рояль, ковры, телевизор. На кухне холодильник, набитый кочерыжками. И сам Зайчишка счастлив.

Судить Зайчишку не за что. Работает, не ворует. Только что не на своем месте.

Нашлись в лесу и такие, что совсем отвернулись от Зайчишки, и такие, которые совсем повернулись к Зайчишке, и такие, у кого не заметили никакого движения, но все вдруг поняли, что на своем-то месте Зайчишку давно бы Волк сожрал.

Ведь как получилось. Подкарауливал Серый Разбойник Зайчишку на узкой дорожке, и подкараулил. Зайчишка - нырь под куст, Волк - сиг через куст, да вперед по-зайчиному. А впереди Зайчишки нет, он под кустами по-ужиному. Покуда Волк соображал, удивлялся - Зайчишка спасся.