Плюнули Волки на Зайчишку.

- На наш век, - говорят, - нормальных зайцев хватит. Съедобных. А этот, говорят, - психованный. Считайте, - говорят, - что мы тоже от него совсем отвернулись.

Ну, как тут не задуматься. И чем больше в лесу задумывались над Зайчишкиной историей, тем она получалась сложнее. Из-за сложности ее предлагали даже назвать Вестсайдской. Не потому, что она вначале была связана с музыкой, и не потому, что происходила в Бознатьгдемском лесу, а просто из-за сложности.

Правда, многим вдруг захотелось, чтобы все это лучше случилось в Бознатьгдемских джунглях, особенно из-за слонов, которых тренировал Зайчишка.

К несчастью, со слонами все разъяснилось по-другому. Откуда было взять в смешанном лесу слонов? Давно уже, еще до Зайчишки, каждые два слоновых места во всех спортивных школах принимали по одной Мыши. Мыши в любом лесу есть, а не только в Бознатьгдемском.

Вот и выходит, что хоть и сложная Зайчишкина история, а все-таки не Вестсайдская.

Нашлись, конечно, и такие, кто соглашаются, и такие, которые упираются, и такие, у кого не проявилось никакого отношения, но все вдруг вспомнили, что в Бознатьгдемском лесу тоже не водятся слоны.

Это обстоятельство сочли таким важным, что взволновались ужасно.

И зря. Ведь никакой слон, даже самый большой, не в состоянии заслонить талант, даже самый маленький.

- А растоптать? - спрашивают. - Может слон растоптать талант или не может?

Этим вопросом и заканчивается эта хоть и сложная, хоть и связанная с музыкой, но все-таки не Вестсайдская лесная история.