«Sie ist hier», — написала Иоганна, явно гордясь собственным свершением (хотя у нее и не хватило духу поставить под письмом свою подпись), и эти слова — «Она уже тут» — врезались в самое сердце Алоису, пусть мысли его и были на тот момент всецело посвящены карьере. Строго говоря, он и не подумал бы заняться любовью с Иоганной в ходе недавнего визита в Шпиталь, не сойдись он столько лет назад с Вальпургой (на чем и погорел), а еще годом раньше — с дурочкой Йозефой (ему тогда было всего двенадцать, и она оказалась у него первой), так что теперь он чувствовал себя просто-напросто обязанным овладеть и третьей из сестер: много ли на свете мужчин, способных похвастаться столь интимным знакомством с тремя родными сестрами сразу?

Желание похвастаться поневоле овладевало им и когда он задумывался над собственными достижениями на таможенной службе. Его карьерный рост (особенно с оглядкой на отсутствие систематического образования) был примечателен. Всего какие-то четыре года спустя его вновь повысили, а в 1870 году, тридцати трех лет от роду, он дослужился до должности сборщика. В 1875 году Алоис уже был полномочным инспектором и получил право подписывать официальные документы не только собственным именем, но и званием: чиновник первого класса императорской таможенной службы железнодорожного терминала Зимбах, Бавария. Адрес: Браунау, на Линцергассе.

Делая столь беспримерную для выходца из низов карьеру, Алоис вместе с тем давал полную волю женолюбию. Первая заповедь австрийского чиновничества гласила: служи не за страх, а за совесть, и чем лучше твои служебные достижения, тем меньше у тебя оснований опасаться бесцеремонного вмешательства в твою частную и личную жизнь. На эту заповедь Алоис и ориентировался, трактуя ее буквально. В годы стремительного карьерного роста Алоис, куда бы ни переводили его по службе, всякий раз останавливался на постоялом дворе. И уже в самое ближайшее время этот самоуверенный господин успешно штурмовал одну за другой кое-как защищаемые крепости тамошних горничных и служанок. Исчерпав все имеющиеся на месте возможности, он, как правило, перебирался в другую сравнительно крупную гостиницу. За сорок лет службы он едва ли не столько же раз менял место жительства.