"Они же у тебя сырые!" - самое первое, что говорит покупщик. "Где ж сырые? - возражает привозчик, - Когда сухие. Звенят прямо!" "Тут же только осина и сплошь елка!" - говорит хозяин. "Где ты, ебенать, видишь елку, когда сосна и береза!" "Хорошо! - говорит хозяин. - Пусть сосна и береза, сколько ты тогда хотишь за этот неполный кубометр?" "Где ж неполный, - держит себя в руках дровяной коробейник, - когда здесь меряных два, и щепок на растопку еще полмашины?!" "Вот именно - щепок!". "Хватит, батя! Берешь - бери! Нам тут стоять - нарываться только". А хозяин уже и сам заспешил, потому что от дома двадцать приближается еще один заинтересованный. И он-то дрова - а они и, правда, отменные, не то что со склада, - точно возьмет.

Пока мы рассуждали про дрова, Клест уже весь закидан терниями и волчцами, иначе говоря, прошлогодними колючками. Бандитские казанкинские дети набирают по косогорам речки Копытовки, где вперемешку с глухой крапивой и конским щавелем произрастает жилистый пыльный репейник. Кидаются ими или неотвязно преследуя путника, или из-за угла, причем преимущественно в слепках: одиночные из-за легкого веса плохо долетают.

Хорошо. С колючками ясно. А дрова, между тем, свалены на улице возле одного забора. Всю ширину перегородили. "Пожарная, глядите, не проедет, если пожар у кого разгорится", - замечает тот, кто шел от дома двадцать, но первым не дошел и поэтому досадует.

Или, скажем, привез ты со склада свои полтора кубометра. Если не на телеге, то опять же на полуторке. Хорошо. Чего делать дальше? Одному их пилить, что ли? Ну наколоть - ладно, хотя тоже как сказать. А напилить одному двуручной пилой - это  н и х и л и м  к у - к у ! Да и где взять козлы, если у тебя их никогда не было? Хорошо. Тут приходят двое и спрашивают "пилить будем?". Мы с ними сговариваемся, и сразу у сарая зазвенит пила. Причем, хоть зимой, хоть летом - неважно. Мы про работу, не про климат.