В соседней комнате проживала семья техника связи: грузный мужчина с выбритыми до синевы щеками и туповато спокойным взглядом, его жена Дора, которая каждый вечер с дурацкой серьезностью поучала мужа, как жить, и их сын, учащийся ПТУ, прыщавый парень с сонным видом. Дора подрабатывала мойщицей окон, но не у всех подряд, а только у «богатых», и других мойщиц к «своим объектам» не подпускала, и постоянно поносила «всяких посягательниц на чужое». Особенно доставалось соседке по лестничной клетке — пожилой женщине, у которой умерла дочь и которая воспитывала внука и еще поддерживала слабовольного зятя, «очень сердечного человека», — как она говорила. Женщина мыла то, от чего отказывалась Дора, и за работу брала дешевле.

Муж Доры постоянно находился в подавленном состоянии, от ворчаний жены раздраженно отмахивался и при каждом удобном случае уходил из дома «к приятелю». Ирина сразу заметила, что между супругами существует какая-то преграда, только какая именно, долго не могла понять, пока однажды Дора не призналась, что ее сын от другого мужчины, которого она любила и с которым не была расписана. «Тоже мне трагедия! — подумала Ирина. — Все их беды в сравнении с настоящими страданиями просто нытье. Они злятся, ругаются, снова приходят к согласию, снова любят, но это и есть жизнь. А у меня-то ничего нет».

Жильцы встретили Ирину приветливо, а узнав, что новая квартирантка работает в оранжерее, Дора оживилась и предложила свои услуги как мойщицы окон, на что Антонина Ивановна тут же согласилась, но к этому времени Ирина уже познакомилась и со второй мойщицей и, ради справедливости, уговорила начальницу брать мойщиц попеременно. Дора стала было ворчать, но Ирина спокойно напомнила соседке про любовь к ближнему и прочие христианские заповеди. Неожиданно слова больной девушки тронули черствое сердце Доры, она впервые задумалась о нелегкой жизни «посягательницы». Под конец разговора с Ириной Дора даже всплакнула и решила в дальнейшем «все делать по-другому». В тот же вечер она сказал мужу: