УД. С удовольствием.

ДАМА. Чтобы решить, идти ли мне в театр, желательно несколько подробнее узнать о представлении, о котором вы рассказывали.

УД. Пожалуйста, я к вашим услугам.

ДАМА Полагаю, что имею на это право.

УД. Несомненно,

Уд показывает на разложенный шезлонг. Дама на него садится или полуложится.

ДАМА. Во-первых, как я уже говорила, не люблю трагедию. Вы, правда, заверяете меня, что в программе участвует шут, который вызывает всеобщий смех тем, что ему ничего не удается, но меня это как раз и не смешит, а, наоборот, печалит. Итак, первый вопрос: уверены ли вы, что ему ничего не удается?

УД. Должен признаться, финал мне неизвестен.

ДАМА. Как же так, ведь вы говорили, что знаете его.

УД. Говорил, но имел в виду только роль трагического героя.

ДАМА. Относительно которого я испытываю сомнения, настолько ли он трагичен. Во всяком случае - для меня. Как я уже говорила, трагический герой скорее смешит меня, если он сам себя воспринимает излишне трагично. Так что, если сегодня вечером я пойду в театр, у меня будет шанс посмеяться, а не только плакать, даже если шут и опечалит меня. Вы, правда, заверяли, что трагический герой играет свою роль превосходно, и что не воспринимать его трагически и не плакать просто невозможно. Вы настаиваете на своем утверждении?

Уд тем временем лег на другой шезлонг.

УД. К сожалению, вынужден. Это великий актер.

ДАМА. Жаль. Мне, следовательно, остается только рассчитывать, что шут не слишком меня опечалит. Иначе говоря, что на его долю выпадут не одни только несчастья.

УД. Чтобы так случилось, ему пришлось бы перестать быть шутом.

ДАМА. А что, если ему, наконец, хоть в чем-то повезет. Как вы считаете?

УД. Это зависит не от меня.

ДАМА. Значит, есть все же хоть какой-то шанс, что представление мне понравится. Правда? (Пауза.) Тогда предположим, что я пойду в театр. Но у нас всего два билета. Это означает, что одному из вас пришлось бы отказаться от театра. Вы готовы отказаться?