его со скамейки на пол и продолжает полонез уже одна.

Реджиналд. Вы необыкновенная женщина. Я должен сделать одно признание,

раскрыть некий секрет. Ваша игра исторгает его из меня. О, послушайте,

Страйга.

Она берет ужасающе фальшивый аккорд.

Я хотел сказать: мисс Тэндридж... Страйга. Так лучше. Но я предпочла бы - "необыкновенная женщина". Реджиналд. А вы и есть необыкновенная женщина, вот что, Прелестнейшая,

ничего, если я приму чуть-чуть валерьянки? Я в таком волнении.

(Отхлебывает из стакана., А-а-ах! Теперь, по-моему, я в состоянии

говорить. Слушайте же, божество мое. Я так несчастлив. Мне

отвратительна моя теперешняя жизнь. Я ненавижу парламент Я вовсе не

гожусь для общественной деятельности. А моя судьба - жить дома с пятью

жестокими, грубыми сестрами, которых только и интересует что альпинизм,

да мертвые петли над аэродромом, да устройство делегаций, да драки с

полицейскими. И знаете, как они называют меня? Страйга (тихонько наигрывая). Как же они называют вас, милый? Реджиналд. Они называют меня "прилипала". Ну что ж. признаюсь, я и есть

"прилипала". Нельзя меня, беззащитного, вышвыривать одного в широкий

мир, я не гожусь для этого. Меня надо беречь. Мне нужна чья-то сильная

рука, на которую можно опереться, неустрашимое сердце, к которому я мог

бы прильнуть, грудь, у которой меня берегли бы и лелеяли, мне нужен

кормилец, на чей доход можно жить, не думая о низменной необходимости

самому зарабатывать деньги. Я бедное слабое созданье, я сам знаю,

Страйга, но я мог бы устроить уютный дом для вас. У меня хороший вкус,

и я знаю толк в коврах и картинах. Я и стряпать умею отлично После

обеда я могу прекрасно поиграть для вас. Хотя вы можете мне и не

поверить, но со слугами я умею проявить строгость и требовательность. Я