— Пардон, мне надо в туалет.

Ничего умнее не пришло в голову, а туалет был единственным местом, куда, я надеялась, Зигмусь не попрется за мной со своим чемоданом. И, увидев ошарашенное выражение на лице кузена, замолчавшего на полуслове, добавила:

— Сейчас вернусь. Закажи мне ещё одно пиво. Предполагаемый Северин взглянул на часы, расстался наконец с янтарным киоском и не торопясь направился по аллейке к морю. Я двинулась за ним несколько ускоренным шагом, потому что хотела обогнать его и разглядеть наконец вблизи его лицо. Вот обогнала, теперь он оказался у меня за спиной.

И вот как раз в тот момент, когда я уже собралась обернуться, чтобы взглянуть в лицо предполагаемого Северина-младшего, юниора, вдруг увидела прямо перед собой Болека, бледного и растерянного. Почему он здесь оказался? Ведь мы же договорились встретиться только послезавтра. Не успев толком сообразить, что делаю, я машинально подняла руку, чтобы приветственно помахать ему.

Взгляд, которым Болек пригвоздил меня к земле, я не забуду до самой смерти. Нет, его надо было видеть! Шедший мне навстречу Болек словно наткнулся на невидимую стену, остановился как вкопанный, в глазах его метнулась паника. Да нет, не паника, смертельный ужас, а взгляд буквально парализовал меня. Последняя идиотка поняла бы значение такого взгляда. Я поняла и на момент замерла с поднятой рукой. Ведь он же сказал мне, что тут, в Морской Крынице, произойдет что-то такое, от чего ему крепко не поздоровится. Таинственный босс, подозрительные делишки подозрительной фирмы... Прямо за мной следует Северин Вежховицкий, чем не подходящая кандидатура на самого что ни на есть преступного босса? Если, кроме внешности, он унаследовал ещё и характер папочки...

Все эти мысли хаотично пронеслись в голове в считанные доли секунды, на которые я замерла с поднятой рукой. Что делать? Пробежав глазами по пестрой толпе курортников, движущейся в обе стороны по этому курортному Бродвею, я выхватила из толпы знакомое лицо. Меня могло спасти только чудо, и чудо произошло. Марыся!