Бедолага с нечастным видом сидел под сиренью. И тогда мне в голову пришла ужасная мысль. Неужели вы, два мечтательных влюблённых голубка, отвалили сегодня вечером вместо завтрашнего утра? Словно я не заслуживал прощального поцелуя. Я, ваш любимый Фредди, такой неприспособленный к жизни! Однако, коль скоро вы ещё здесь, я принимаю любезное приглашение пообедать, если только вы не настроены всерьёз остаться наедине, раз уж удалось сбагрить детей. А потом, пока Бен будет мыть посуду, я смогу повторить свою роль. Ну как, Элли?

Тут Фредди заметил сидящего на диване отца и от неожиданности выпустил Тобиаса.

– Так вот чем вы занимаетесь за моей спиной, – плаксиво произнёс он. – По счастью, роль Реджинальда придала мне уверенности в себе, а то бы я весь вечер рыдал в платок от обиды. Принимаете гостей, а меня даже не подумали позвать.

– Заткни фонтан! – Моё раздражение усугублялось тем, что надо было поймать Тобиаса, пока он не запустил свои когти в новенький лиловый твид. – Ты же помнишь моего отца.

– Которого? – Никто не смог бы сыграть полную тупость лучше Фредди.

– Моего единственного отца.

– Надо же, какой поворот, прямо как в романе. – Он задумчиво посмотрел на папу, который сидел как истукан, словно его отключили кнопкой «пауза». – А я-то думал, что вы гоняете верблюдов по Сахаре или плывёте на каноэ по Нилу. Вы были для меня чем-то вроде героя с тех самых пор, как мой папаша выразил надежду, что я не стану лоботрясом вроде Морли. Прямо-таки мифическая фигура. – Фредди засеменил ко мне подобно гигантской долгоножке и, добросовестно понизив голос, прошептал: – Разве твой родитель не был тоньше раз в пять?

– Вот твоя выпивка. – Бен сунул ему в руки бокал.

– Спасибо, дружище, преогромное спасибо!

– Фредди не надолго, – холодно сказала я. – Он только что вспомнил, что ему срочно надо бежать домой крахмалить своё нижнее бельё.