Причиной послужило то, что тавры категорически отвергли требования командующего римлян, легата Гая Юлия Аквиллы, обеспечивать его армию продовольствием и признать над собой власть божественного императора Клавдия. При этом тавры вели себя крайне заносчиво и дерзко. О кровавом побоище, устроенном синхами в бухте неподалеку от порта Афинеон, поведали двое чудом спасшихся моряков. Целью экспедиции римлян было наказание тавров, так как не было надежды на то, что удастся спасти хоть кого-нибудь из экипажей судов, захваченных в плен пиратствующими таврами. Римлянам был известен кровавый обычай тавров: приносить пленников в жертву своей богине Деве-Орейлохе.

Командир когорты трибун Тит Марцеллиан, при скудном свете луны издалека рассматривал укрепления врага. Селение было большое, но при обеспечении внезапности штурма вряд ли можно было ожидать серьезного упорного сопротивления. А вот если штурм затянется и осажденные подадут дымовой сигнал бедствия другим племенам, тогда уже римлянам придется спасаться бегством, иначе их головы могут оказаться на кольях и, согласно обычаям тавров, будут служить защитой их жилищ. Об этом напоминал зловещий ряд кольев с насаженными на них головами врагов тавров, видневшихся из-за каменной стены. Возможно, часть из них недавно принадлежала членам команд захваченных римских судов. Тит Марцеллиан посчитал, что штурм селения необходимо произвести лишь после уничтожения дозорного поста, расположенного на вершине горы, у святилища богини Девы-Орейлохе. То, что до сих пор не было дымового сигнала, свидетельствовало о том, что передвижения римлян остались незамеченными.

Легионерами, направленными уничтожение дозорного поста командовал постериор-центурион Дидий Ливий. Склоны горы были крутыми, труднодоступными, и, воинам было приказано оставить часть воинского снаряжения внизу, захватив с собой лишь короткие мечи и дротики. Воины сняли металлические доспехи и все, что могло вызвать шум и привлечь внимание дозорных на вершине горы.