Дайна стояла, глядя на темную лакированную панель и медную табличку с номером 26... Быть может, ей просто почудился этот мелодраматический крик? В коридоре никого не было, ни одна другая дверь не открылась. Но Дайна тотчас поняла, что напугавшие ее звуки могла слышать только она. Ведь переделке подверглись не все степы отеля — это вполне логично, так как ванные было куда дешевле сооружать парами, рядом одну с другой. Таким образом, каждая комната имела одну старую плотную стену и одну более тонкую перегородку. Обитатели комнаты с другой стороны от номера 26 и не должны были ничего услышать. Она сама не слышала никаких звуков из номера 22, расположенного по другую сторону от ее комнаты. Открыты ли балконные двери номера 26? Она нахмурилась, пытаясь вспомнить свое пребывание иа балконе перед заходом солнца. Нет, двери были закрыты.

Эти бессвязные мысли быстро промелькнули у Дайны в голове. Чувствуя себя несколько глупо, она подошла к двери номера 26 и приложила ухо к толстой филенке.

Изнутри доносились звуки менее слышимые, чем те, которые проникали сквозь тонкую перегородку в ванной, но, безусловно, не внушающие тревоги. Какие-то движения, слишком неопределенные, чтобы их можно было назвать шагами... Слабые щелкающие звуки — возможно, открываемые и вновь задвигаемые ящики стола или комода.

Вновь обретя уверенность, Дайна выпрямилась. Нельзя, чтобы ее застали в такой нелепой позе. Нужно позвонить дежурному, как она и намеревалась ранее, и сообщить обо всем услышанном. Возможно, он над ней посмеется, прикрыв ладонью трубку, успокоит ее и обо всем забудет, но она, по крайней мере, сделает то, что считает необходимым.

Однако ее разумные намерения несколько запоздали. Из-за угла беззвучно возникла человеческая фигура.

Позже Дайна удивлялась, почему ее не напугало это внезапное появление. Она была смущена, удивлена, но не испугана. Возможно, причиной послужил респектабельный облик незнакомца; к тому же он был одним из самых красивых мужчин, каких она когда-либо видела.