Больше того, если б они накануне вечером не заехали в "Сэйфвэй", если бы лоток с этими желтоватыми лимонами не стоял близко к тем, где держали апельсины, яблоки, грейпфруты и бананы.

Вот чего Джиму-старшему на самом деле хотелось купить - немного апельсинов и яблок, а вовсе никаких не лимонов ни для какого лимонада, ну их, эти лимоны, терпеть он лимоны не мог - по крайней мере, сейчас стал ненавидеть, - да только Джим-младший, он лимонад любил, всегда любил. Ему лимонаду хотелось.

"Давайте на это так посмотрим, - говорил, бывало, Джим-старший.- Эти лимоны ведь должны были откуда-то привезти, так? Из Имперской Долины, вероятно, или откуда-нибудь из-под Сакраменто, там ведь лимоны выращивают, так?" Их надо было высадить и орошать, и приглядывать за ними, а потом полевые рабочие рассовали бы их по мешкам, взвесили, потом свалили в ящики и отправили железной дорогой или грузовиками в это богом забытое место, где человеку ничего не остается, только детей своих потерять! Эти ящики надо было сгрузить с машин - мальчишки не старше самого Джима-младшего сделали бы это.

Потом распаковать, высыпать из них все желтоватое и лимонно-пахучее, и обмыть, и обрызгать, и какой-нибудь пацан, живущий до сих пор, сделал бы и это тоже, он до сих пор гуляет по городу, живет и дышит, пожалте, вырос уже небось. Затем отнести в магазин и сложить в этот лоток под яркую табличку, на которой говорилось: А Вы Давно Пили Свежий Лимонад? По логике Джима-старшего, все это еще к первоначальным причинам уходило, к самому первому лимону, выращенному на земле. Если б на земле не было никаких лимонов, если б не было магазина "Сэйфвэй", - что ж, тогда б у Джима до сих пор был сын, так? А у Говарда Сиэрза до сих пор был бы внук, точно вам говорю.