Не хотелось Сейде обидеть парня, но все же она попыталась отказаться: молола в это время на джаргылчаке*** талкан**** для Исмаила.

- Неудобно мне идти туда, ты не обижайся. Я провожу вас на улице...

- Как это неудобно? Ты же меня провожаешь, своего кайни... Нет, пойдем, ради Исмаил-аке пойдем. Может быть, он сейчас в самом пекле войны... Если приведется встретиться на фронте, скажу: сама меня провожала, привет передам... Чем я хуже других? Всех провожают родные, а я что?..

Сейде не нашлась, что ответить, смутилась - даже Джумабай это заметил:

- А что, стыдно стало? Ну, то-то! Идем...

И вот она сидит в доме бозокера*****, не смея поднять глаз, словно провинилась перед всеми. Забившись подальше в угол, она прикрыла рот платком и молчит.

Насколько дорог тебе человек, это со всей остротой чувствуешь только при расставании. Вот эти парни, которые завтра глянут в глаза смерти, сейчас гомонят перекидываются шутками, поют и, может быть, именно поэтому близки как никогда. В эти минуты они думали не столько о себе, о своей судьбе, сколько о людях, остающихся в аиле, и желали им на прощание здоровья и счастья: и только за это одно хотелось сделать для них что-то большое и хорошее, всю душу свою отдать.

Вот Джумабай, пунцовый, забавно хмельной от бозо, поднялся с кошмы. Поглядеть на него - все еще нескладный, угловатый подросток. Он взял в руку чашу с бозо - пришел его черед спеть на прощанье.

Брат Джумабая, Мырзакул-ырчи******, недавно вернулся с фронта без руки. Сейчас он председателем сельсовета. Даже ребятишки распевают его песни, послушаешь - за душу берет.

* Кайни - младший брат в роду по мужу.

** Джене - жена старшего брата.

*** Джаргылчак - каменная ручная мельница.

**** Талкан - молотое жареное зерно.

***** Бозокер - человек, продающий бозо.

****** Ырчи - аильный певец.

Джумабай запел одну из самых любимых песен брата с протяжной задумчивой мелодией:

Эй-и-и!