Шестьдесят вагонов на прицепе
Подхватил крылатый паровоз,
Я покидаю свой аил
Прощайте, мои родные...
Семьдесят вагонов на прицепе
Вскачь уносит резвый паровоз.
Я покидаю свой аил,
Прощайте, мои дженелер...
- Бау, джигит! - послышались дружные одобрительные возгласы.Возвращайся с победой!..
Джумабай преобразился на глазах - словно посуровел и возмужал. Горделиво расправив плечи, смотрел он в окно на любимые горы; казалось, только теперь понял, что не пройдет и часа, как родной аил останется далеко позади. Он продолжал петь:
...Мы уезжаем в сторону Арыси,
Не отрывая взора от тебя, Ала-Тоо,
Долго, долго нас провожали
Твои сине-белые снега...
- Бау, джигит! - кричали ему.- Где еще есть такие горы, как наш Ала-Тоо!..
Теперь пели все: и юноши, и келин, и девушки.
А Сейде, уйдя в свои думы, забыла в эту минуту обо всем на свете. Ей казалось, она видит: делеко за туннельной горой по бескрайней казахской степи мчится на всех парах воинский эшелон, и джигиты, столпившись у дверей вагонов, поют и прощально машут в сторону сине-белых снеговых вершин Ала-Тоо, караванной цепью растянувшихся на горизонте. И горы удаляются, покрываясь дымкой. Ей казалось, что она тоже бежит, догоняя поезд, а потом, оставшись в степи одна, устало прислоняется к телеграфному столбу. Ее ухо слышит его гудение: словно темир комуз* выводит тоскливый "Плач верблюдицы"**.
* Темир комуз - киргизский музыкальный инструмент.
** "Плач верблюдицы" - народная киргизская песня о верблюдице, потерявшей верблюжонка.
Растроганная этим прощальным пением, Сейде осторожно подняла голову. Джигиты уже собирались в путь. Иные плакали, иные смеялись спьяну, но все, как один, были исполнены решимости. Они громко желали друг другу вернуться с победой. Они были как родные братья. И в душе женщины родилась и засияла материнская любовь к ним, сострадание, боль и гордость. Если бы она могла помочь!.. Мысленно она представила себе, как сейчас встанет и скажет во всеуслы-шание: "Остановитесь, джигиты! В самом расцвете сил вы собираетесь уйти, покинуть родной аил. А вам только жить да жить! Пустите меня, я пойду и умру за вас!.."