– Почему же "так сказать"?

– Не знаю. Укреплять связи – это банальное выражение. "Так сказать" – тебе режет слух?

– И почему именно в Марокко?

– В Марокко – или еще куда. Мне без разницы.

– Ты хочешь уехать?

– Нет. Просто у меня сложилось впечатление, что здесь я не нужен.

– Ты ошибаешься. Ты можешь быть очень полезен. Перед нами стоят великие задачи. Нас никогда не будет слишком много для того, чтобы строить новую Францию.

– Я согласен с тобой.

– Ты! Согласен со мной!

– Да.

Бассон посмотрел на Бриде, как священник глядит на актера кабаре.

– Я и не знал, что тебя так беспокоит будущее родины, – продолжил Бассон.

– Раньше – нет, но произошли события, которые меня изменили.

– Стало быть, ты хочешь строить новую Францию!

– Я хочу сделать то, что могу.

– Ты по сути дела и не знаешь, что хочешь сделать.

– Может быть, ты и прав…

– Но одно ты знаешь: это то, что ты хочешь покинуть Францию.

– Нет.

– Ты сам только что это сказал.

– Я сказал, что хотел служить своей стране.

Бассон держал в руке карандаш. Он выводил на конверте буквы. Во время разговора он, казалось, был всецело поглощен своим занятием.

– Ты действительно хочешь служить своей стране?

– Ну конечно. Иначе я бы не пришел к тебе. Я жил бы себе спокойно в Берри у своей мамы.

Бассона, казалось, сразил этот аргумент.

– Значит, ты хочешь уехать!

– Я полагаю, что это в интересах правительства командировать в колонии надежных людей.

Бассон рисовал.

– А Иоланда?

– Она в Лионе. Мы оба в Лионе. Я тебе уже говорил.

– Она поедет с тобой?

– О, нет, не думаю. Ты знаешь, что у нее магазин. Она хочет вернуться в Париж.